Главная
Организации
Дополнительно
Контакты

Сайт основан 15 марта 2011 г.

 

Главный редактор сайта Козлова Лилия Дмитриевна
e-mail: germaniya19451@mail.ru
germaniya19451@rambler.ru

 

 сайты: http://deti-uzniki.ru ;  http://uzniki-faschisma.ru


 

Вы здесь:   Deti-Uzniki.ru   »   Дополнительно   »   Публикации   »   Статья "Тревожные симптомы советского ренессанса"
Подразделы
Тревожные симптомы советского ренессанса

Вспоминает бывшая малолетняя узница нацизма …

 

К концу 30-х годов жизнь в стране уже наладилась. Казалось, давно закончились и ушли в прошлое гражданская война, разруха, голод, холод, продразвёрстки, продналоги и дикий в тех условиях НЭП с чудовищным изобилием товаров и продуктов. Бурная "чистка" населения почти завершилась. Оставшихся гладко причесали. Жить стало лучше, жить стало веселее. Все были жизнерадостны, подтянуты и оптимистичны, все занимались спортом. Динамики передавали бодрую музыку, лирические песни, патриотические стихи, сводки с колхозных полей.

 

И на международной арене всё было прекрасно. Советский Союз уже всеми был признан. У нас даже появились надёжные друзья. Самым надёжным и близким другом была Германия. Мы готовили ей военные кадры, регулярно отправляли продовольствие и ресурсы. Последний эшелон пересёк границу в 2 часа ночи 22 июня 41-года.

 

Лето перед войной было жарким, обещавшим богатый урожай, а значит, за будущее можно было не беспокоиться. Москва в июне грелась в лучах щедрого солнца. Повсюду фонтаны, детский смех, оживлённые разговоры. Выпускники сдавали последние экзамены. На ВСХВ масса народу, и все - передовики сельского хозяйства. По вечерам на танцплощадках молодёжь танцевала фокстрот и танго. Планировали будущее.

 

В воскресенье 22 июня москвичи отдыхали. На вечер были планы, а пока неторопливый завтрак, небольшие постирушки, спокойные походы на рынок и в магазин. Динамики на улицах почему-то молчали. Сначала на это не обратили внимания. И вдруг рефреном предупреждение: "Внимание! Внимание! Через несколько минут слушайте выступление министра иностранных дел. Слушайте выступление министра иностранных дел".

 

Моя семья ещё до войны жила в Москве. Отец работал на военном заводе "Динамо". Мама училась и вела домашнее хозяйство. 6 июня 1941 года родилась Аля - моя старшая сестра, а через 16 дней началась война. Отец, кадровый офицер, сразу ушел на фронт, участвовал в битве за Москву и других сражениях. Позже брал Берлин.

 

По общему мнению, бытовавшему тогда, война с любым противником представлялась почти молниеносной: если случится невероятное, противник нападёт, ему дадут самый решительный отпор (другим наука), и на этом война закончится. Из песни слова не выкинешь: "...в целом мире нигде нету силы такой, чтобы нашу страну сокрушила...". Именно это заблуждение явилось причиной многих человеческих трагедий в начале Великой отечественной войны: люди не знали, куда лучше эвакуироваться. Да, действительно, официально рекомендовали временно переехать в Среднюю Азию. Но ведь это за Уралом. Стоит ли так далеко забираться, если война скоро кончится? Лучше куда-нибудь поближе, в среднюю полосу, там нет фашистов, не идут бои, там близкие родственники. Вот и моя девятнадцатилетняя мама, когда представилась возможность, с грудным ребенком переехала в Ростовскую область к своим родителям. А вскоре немцы взяли Ростов-на-Дону, и через станицу Орловская прошла 6-я армия Паулюса, двигавшаяся на Сталинград. (Подобных историй тысячи. Старая мамина приятельница, тоже москвичка, в конце 90-х призналась, как её, 15-летнюю школьницу, в середине июня 1941 года отправили на лето к бабушке в Брест-Литовский. Дальше можно уже не рассказывать. Известны случаи массовой эвакуации мирных жителей в Сталинград, Курск, Орёл).

 

Новая власть интенсивно вывозила людей в Германию. Всю свою жизнь мама любила фильм К. Юдина "Смелые люди". И, хотя его снимали в Кисловодске, мама видела в нём Ростовскую область и конный завод им. Будённого. С детства прекрасная наездница, она хорошо его знала. Но, главное, - довольно реалистично показан угон мирных жителей. Точно также угнали в Нижнюю Саксонию и маму с её младшим братом Григорием. Вот почему я родилась в Германии. Первое время, вспоминала мама, большинство местных жителей, особенно женщины, относились к остарбайтерам высокомерно, жёстко и временами просто беспощадно. После Сталинградской битвы отношения немцев заметно смягчились. После Курской дуги сомнений уже не было - гражданское население коренным образом меняет своё отношение к советским людям. В самом конце войны - отношения были почти дружескими. Конечно, везде есть хорошие и плохие люди. Многие немцы с самого начала относились с сочувствием к нашим гражданам, помогая всем, чем могли. Некоторые, особенно молодёжь, наоборот, и после мая 45 -го дерзили и называли наших людей "Schweinerei", находили оружие, стреляли в солдат и офицеров.

 

В Германии работала интернациональная армия людей, согнанных со всех уголков Европы. Это рабский ненормированный труд, голод, холод, отсутствие медицинской помощи. В то же время псевдомедицинские эксперименты, насильное донорство и др. Но в отличие от советских остарбайтеров, остальным жилось немного легче: иностранным гражданам систематически высылали продуктовые посылки. Право на это имели Красный Крест и Лига Наций. К великому сожалению, Советский Союз после финской войны был исключен из Лиги наций. Ещё раньше мы отказались подписать с Красным Крестом соглашение об улучшении участи военнопленных (в это понятие входили и подневольные рабочие). Вот почему остарбайтеры из СССР годами довольствовались брюквой и "питательным" бобовым супом. Многие, особенно дети, просто умирали от скотских условий жизни. По официальной статистике выжил только каждый десятый ребёнок. В нарушение Гаагской Конвенции 1907 года об отношении воюющих сторон к детям, их жизнь, здоровье, труд использовали в концлагерях, на военных заводах, промышленных и сельскохозяйственных предприятиях. Нюрнбергский Международный трибунал признал, что заключение в неволю мирных граждан иностранных государств, равно как и использование в принудительном порядке их труда в интересах Германии, является не только военным преступлением. Эти деяния были квалифицированы как преступление против человечества. Непосильный труд, жуткие условия содержания, побои, издевательства самым негативным образом сказались на продолжительности жизни, здоровье и психоэмоциональном состоянии жертв нацизма.

 

В конце войны мы с мамой жили в Ганновере – центре военно-промышленного комплекса Ш Рейха. В конце 19 века здесь было знаменитое военное лётное училище, которое после Версальского договора закрыли ( как оказалось, временно, до начала Второй мировой войны). Фирма Дойче Эдельштальверке конструировала и выпускала ряд бронеавтомобилей. Завод MNH выпускал противотанковые самоходно-артиллерийские установки. Незадолго до начала Второй мировой войны в Ганновере был построен крупнейший аккумуляторный завод. И рабочая сила была рядом: в Целле, пригороде Ганновера, находился концентрационный лагерь.

 

Неудивительно, что весной 1945 года английские ВВС нещадно бомбили этот город. Но брали его американцы. Переписали всех и отправили пешком по чудесным немецким дорогам в советскую зону влияния. На территории крупного немецкого военного городка в Магдебурге разместили приемный пункт для бывших узников фашизма. Их опрашивали, регистрировали и возвращали в Советский Союз.

 

Думалось, всё самое страшное в жизни уже позади. Но оказалось, дома их ждали новые тяжкие испытания: по возвращении их отправляли в трудовые лагеря. И условия там были хуже, чем в Германии. Например, сегодня в Москве есть район Капотня. В сороковых годах это было глухое Подмосковье, где с довоенных времен были лагеря для уголовников. После войны их срочно вывезли, а бараки заселили бывшими узниками фашизма. Контраст потряс скромное воображение несчастных: цементный пол (у немцев он был деревянный), железные кровати (у противника – деревянные настилы), грязный нечищеный туалет. Баланда – вот пища для "предателей", как официально заклеймили бывших узников. И снова непосильный ненормированный труд, но уже на отечественных торфяниках. Люди получали хронические заболевания почек, суставов, легких, тяжелые формы аллергии. После освобождения они, как правило, мучительно болели и быстро умирали. Неслучайно встретить сегодня бывшего взрослого узника фашизма почти невозможно. И не только из-за возраста – живут же люди и до ста лет.

 

Меня могут упрекнуть - что за странная аналогия? Но это так и было. Фашисты были не добрее, они были хитрее: здоровый остарбайтер мог дольше и больше работать. А потом пусть умирает. В начале сороковых годов Гиммлер писал Гитлеру приблизительно следующее: нужно увеличить ежедневный паек для русских, чтобы не сдохли быстро – они лучше всех умеют работать.

 

Детям, правда, было полегче. Нас не сажали, но мы всю жизнь скрывали свою биографию, и правильно делали. Только так, вопреки всему, мы могли выбиться в люди, чего-то достичь, как-то реализовать себя.

 

Вспоминается один случай. Моя приятельница, также бывший малолетний узник, заместитель начальника управления Госстроя СССР, в своё время тоже скрыла несчастный факт своей биографии. Она была прекрасным работником, её заслуженно уважали. И вдруг становится известным её детское прошлое…Исключают из партии, увольняют с работы. У ещё нестарой привлекательной женщины - инсульт.

 

Народ, переживший ужасы страшной войны (почти в каждой семье были погибшие), жестоко относился к бывшим малолетним узникам: для них мы были "оттуда". Их дети во дворе с молчаливого одобрения взрослых дразнили нас: "фашисты", "немецкие овчарки", "предатели"! Мальчикам доставалось больше: их регулярно избивали чуть ли не до полусмерти. Горько вспоминать об этом.

 

Но обиднее всего, что такое же отношение к нам проявляли и уважаемые наши фронтовики, которым мы обязаны своим освобождением и своей жизнью. Однако пришла пора озвучить и то обстоятельство, что мы, бывшие узники, "обязаны" им еще и другим - собственно фактом нашего узничества. Как-то стыдливо умалчивается, что мы не по собственной воле оказались в оккупации. Ведь именно Красная армия в свое время отдала на милость агрессора территорию, на которой, между прочим, оставалось мирное население. Как правило, молодые женщины, дети и немощные старики. Беззащитных людей насильно угоняли в Германию, Австрию и другие места, где под дулом автоматов принуждали работать.

 

Молодые, сильные, обученные воевать и вооруженные мужчины, не сопротивляясь, отступали, а мы, значит, дети и женщины, все безоружные, должны были сопротивляться! Миллионы наших соотечественников оказались более чем в 14 тысячах концентрационных лагерях, тюрьмах, гетто Европы. Лишь на территории России фашисты расстреляли, задушили в газовых камерах, сожгли и повесили около 2 млн. человек (среди них более полумиллиона детей). Всего же в концлагерях погибло около 5 млн. советских граждан. И не смотря на это нас до сих пор презирают фронтовики.

 

Недавно мы встречались с участниками ВОВ. Во время задушевной беседы они возмущённо жаловались :" Появились какие-то бывшие узники, которые хотят быть к нам приравненными! Никогда! Ни за что! Мы кровь проливали, а они на немцев работали". А о том, что именно они нас "сдали" фашистам – ни слова.

 

Последние 20 лет наш статус был достаточно высок. Указом президента нас всё же приравняли к участникам и инвалидам ВОВ, и мы пока ещё пользуемся почти одинаковыми с ними льготами. Но всё явственнее проявляются тревожные симптомы советского ренессанса.... То тут, то там в недрах высоких государственных кабинетов ощущается нарастающее раздражение к бывшим узникам фашизма. Ведь не случайно же проговорился смоленский депутат А. Ершов: «Чем мы обязаны узникам фашизма?.. Только тем, что их не добили?». И не случайно это циничное высказывание так и не получило принципиальной оценки со стороны политического руководства страны.

 

Складывается впечатление, что сегодня в России опускают шлагбаум перед теми, кто в своём малолетстве оказался брошенным собственным государством и его армией. А жаль….

 

Лилия Козлова

 

30 ноября

2012 Москва